Файнбург и др. Простой практичный метод комплексной оценки условий труда

Скачать выпуск "Безопасность и охрана труда" №1, 2022

УДК 378.147 DOI 10.54904/52952_2022_1_5

Простой практичный метод комплексной оценки условий труда

Г. З. Файнбург -

директор Института безопасности труда, производства и человека Пермский национальный исследовательский политехнический университет,

Заслуженный работник высшей школы Российской Федерации,

доктор технических наук, профессор

E-mail: faynburg@mail.ru

Е. А. Розенфельд - аспирант

Пермский национальный исследовательский политехнический университет, E-mail: kitten@mail.ru

Григорий Захарович Файнбург, Екатерина Алексеевна Розенфельд

Аннотация: Статья рассматривает проблемы обоснования логики построения ориентированного на практику и достоверность метода оценки условий труда, профессиональных рисков, технического и организационного уровней рабочего места в рамках систем управления охраной труда. Особое внимание уделено научному обоснованию простых и практичных методов комплексной оценки условий труда КОУТ, опирающихся на идеологию традиционных матричных и матрично-балльных методов, а также известного метода Файна-Кинни.

Ключевые слова:Оценка риска; риск воздействия; профессиональный риск; матричный метод; матрично-балльный метод; расчетно-балльный метод; метод КОУТ.

SIMPLE AND PRACTICAL METHOD OF INTEGRATED ASSESSMENT

OF WORKING CONDITIONS

 

G. Z. Fainburg

Director of Institute for Safety@Health,

Perm National Research Polytechnic University,

Honored Worker of the Higher Education of the Russian Federation,

PhD, Doctor of Science (Engineering in OSH), Professor

 

E. A. Rozenfeld

post-graduate student,

Perm National Research Polytechnic University

 

Abstract: The article considers the problems of substantiating the logic of building a practice-oriented and reliable method for assessing working conditions, occupational risks, technical and organizational levels of the workplace within the framework of occupational safety and health management systems. Particular attention is paid to the scientific justification of simple and practical methods for the integrated assessment of working conditions of KOUT, based on the ideology of traditional matrix and matrix-point methods, as well as the well-known Fine-Kinney method.

 

Keywords: Risk assessment; exposure risk; occupational risk; matrix method; matrix-point method; calculation-point method; KOUT method.

ВВЕДЕНИЕ

Вступление c 1 марта 2022 года в силу новой редакции раздела Х «Охрана труда» Трудового кодекса [1] и всего пакета новых нормативных правовых документов, созданных в его развитие, сделало оценку профессиональных рисков обязательной и регулярной процедурой, на которой должна основываться вся остальная работа работодателя по охране труда, а кроме того предъявило организаторам производства – работодателям требование увязать обязательное создание «безопасных условий труда» и с оценкой риска причинения вреда здоровью работающего, и с комплексной оценкой технического и организационного уровней рабочего места.

Поскольку в соответствии с Федеральным законом «Об обязательных требованиях в РФ» [2], недавно вошедшем в силу, в центре внимания любых обязательных требований должен быть «риск причинения вреда», а сами правовые обязательные требования должны быть аргументированы и, главное, - исполнимы, перед миллионами работодателей встают сложные и никак не относящиеся к их основной деятельности проблемы – как провести идентификацию опасности и оценку риска с пользой для дела, для построения системы мероприятий по управлению профессиональными рисками.

Утвержденные приказами Регулятора и носящие по сути рекомендательный и описательный характер документы [3 – 9], к сожалению, не дают точный и конкретный ответ на возникающие на практике вопросы. В ряде наших публикаций мы уже неоднократно пытались ответить на эти вопросы и призывали соответствующие органы инкорпорировать данные предложения в разрабатываемые нормативные документы. Мы думаем, что читателю достаточно ясно, что все наши попытки остались «втуне», а ситуация хотя и стабилизировалась (есть тексты документов), но не стала от этого ясной.

Настоящая работа призвана «стежками» набросать ориентированные на практику пояснения: Что делать и Как делать оценку профессиональных рисков, а, поскольку, законченных полноправно и достоверно применимых методов практически нет, то и описать наиболее приемлемые процедуры выше обозначенной оценки, позволяющие перевести ее из «абстрактных» небес творчества нормописцев в простые и рутинные действия производственного и управленческого персонала.

ОСНОВНЫЕ ИДЕИ АНАЛИЗА РИСКА

Общеизвестно, что нельзя говорить о чем-то реальном, не используя тех или иных понятий и терминов. При этом определение термина может быть абстрактно правильным, но плохо применимым на практике, для которой важны так называемые «операциональные» определения, позволяющие что-то конкретное делать и извлекать из этого пользу [10].

Напомним, что вся махина обеспечения охраны труда и безопасности производства, как мы называем огромный комплекс различных видов безопасности производственной деятельности, состоит из так называемых «обязательных требований».

Регулируемые федеральным законом «Об обязательных требованиях в РФ» они связаны с «риском причинения вреда». Этот термин именует очень широкое понятие, из-за чего на практике возникают сложности с его толкованием для «беспонятливых».

В общефилософском смысле «риск» (случайная опасность) это случайная, никогда полностью не детерминированная, а потому в точности не предсказуемая неопределенность получения заданного результата. Это верное и необычайно общее определение ничего не говорит о том, как с ним работать, что оно дает [11].

Более удобным для операционального использования может служить известное определение рисков как сочетания возможностей и тяжестей (значимостей) произошедшего [11, 12]. Сущностное определение такого сочетания наиболее правильно фиксируется следующей формулировкой: риск это возможность нежелательного события в сочетании со значимостью нежелательности [последствий] этого события.

Вид этого сочетания, строго говоря, неизвестен. Практика использования рисков в финансовом бизнесе [13] показала, что удобной (и наиболее простой формой) описания такого сочетания случайных событий (например, взлета или падения тех или иных акций) с их значимостью (доходности или убыточности) является «умножение» возможности на значимость.

Тогда

R=L × S, (1)

где R - риск; L - возможность роста/падения стоимости акций; S – стоимость роста/падения. Если при этом удается на больших статистических массивах рассчитать L , то можно говорить не о возможности (likelihood), а о вероятности P (probability), × – знак математической операции умножения.

Имеется попытка применения такой идеологии и в охране труда [14]. К сожалению, риски в охране труда носят сугубо качественный характер в отличие от рисков финансовой сферы, а потому для применения формулы (1) приходится вводить описание степени рисков условными «баллами», что затрудняет общий характер процедур их оценки. Для этого применяются шкалы порядка (типа шкалы Бофорта, шкалы Рихтера и т.п.) всех трех величин R, L/P, S, каждой градации которых ставятся в соответствие с той или иной степенью субъективности условные баллы.

Поскольку риск представляет собой сочетание двух компонент – возможности и значимости, широкое распространение получили матричные методы [15, 16].

Заметим, что практика давно уже показала тот факт, что различный по характеру результат порождает различные по характеру риски. В итоге из имеющихся в деятельности любого субъекта права (в том числе любого предприятия) рисков всегда можно выделить три основных группы риска.

Во-первых, это риски связанные с «предпринимательской деятельностью» - экономические (в том числе финансовые) риски. Они могут влиять на сферу охраны труда, как это предполагается в ISO 45001:2018, но напрямую со сферой охраны труда не связаны.

Во-вторых, это производственные (в первую очередь технико-технологические) риски. Они связаны со сферой охраны труда через поломки оборудования, его отказами, инцидентами (в смысле определений промышленной безопасности), аварийными ситуациями и авариями. Во всех этих «опасных происшествиях» может пострадать здоровье работающего человека, а также третьих лиц – работников других работодателей, населения.

В-третьих, профессиональные риски утраты трудоспособности работников, связанные с производственным травматизмом и профессиональной заболеваемостью.

Эти три группы риска характеризуются разными показателями, имеют разные критерии значимости и разные механизмы возможности их реализации на практике.

Профессиональные риски по своему определению вызваны профессиональными заболеваниями и производственными травмами.

Связь профессиональных заболеваний с условиями труда и рисками является априорной истиной для всех гигиенистов. Методы оценки «гигиенических» рисков были развиты и развиваются в рамках медицины труда с использованием методов медицинской статистики. Наиболее продвинутым, но до конца не завершенным, особенно в нормативных документах, является метод оценки повреждения органов слуха из-за производственного шума.

Сущность действующего в нашей стране капитализма привела к крайне примитивному и недостаточно продуманному с истинных позиций реальной охраны труда методу оценки профессиональных рисков, как последствий условий труда, в виде специальной оценки условий труда (далее СОУТ) .

Формально и официально она строго очерчена и сосредоточена (исключительно для удобства аккумуляции средств) в специализированных организациях, имеющих специальное разрешение Регулятора для оказания соответствующих услуг.

При этом, несмотря на использование словосочетаний типа «опасные условия труда», производственный травматизм остался все же вне поля зрения СОУТ, ибо «опасные условия труда» по гигиенической классификации описывают экстремально высокие значения вредных производственных факторов, спектр которых много уже реально опасных факторов производственной среды и трудового процесса.

Кроме того, из-за нечеткости нормативной документации под словами «оценка профессиональных рисков» можно понимать, и полную оценку всех рисков утраты трудоспособности из-за производственных травм и профессиональных заболеваний, и только оценку производственного травматизма, поскольку оценку возможностей профессиональной заболеваемости оценивает СОУТ.

Мы рекомендуем, опираясь на принятые законы, понимать под профессиональными рисками риски утраты трудоспособности, не обращая особого внимания на содержащиеся в приказах Регулятора упоминания на разделение процедур оценки профессиональных рисков на СОУТ и ОПР, ибо такое разделение процедур естественно и неотвратимо.

Заметим, что в международной практике не разделяют оценку профессиональных рисков на группы процедур типа ОПР и СОУТ, ибо приборные измерения являются частью оценки риска там, где это необходимо.

Важно помнить, что для правильной и полной оценки профессиональных рисков нужно правильно обобщать, интегрировать вместе в единые показатели и результаты ОПР, и результаты СОУТ.

Важной особенностью профессиональных рисков, существенно отличающих их от производственных и экономических рисков, является то, что они реализуются только при контактном воздействии тех или иных опасных и вредных производственных факторов на организм работника такой «силы», что организм получает повреждения значительной тяжести.

Обратим внимание на то, что такого механизма – контактного воздействия – нет ни в производственных рисках, где, по сути, происходит «саморазрушение» технических объектов или процессов из-за имманентно присущих им «дефектов», «старения», просчетов конструирования и т.п., ни в экономических – где неподвластное нам изменение внешней конъюнктуры приводит к итоговому «доходу» или «ущербу», выполнению проекта в срок или к отставанию…

Тем самым хорошо видно, что экономические и производственные риски более «монолитны» в отличие от многоэтапных профессиональных рисков, которые образуются цепочками случайных событий – нормальная штатная ситуация перерастает в нештатную, опасную и, зачастую, даже аварийную ситуацию. Эти события мы назовем «ситуационным риском». Они вызывают повышенную возможность контактного воздействия, ибо такое случайное и многовариантное «нештатное» изменение производственной среды и операций трудового процесса сложно полностью предусмотреть.

В свою очередь риски контактного воздействия порождают риски микроповреждения здоровья (микротравмирования), а также и повреждения здоровья (травмирования) разной тяжести, включая смерть пострадавшего.

Сегодня после введения обязательного требования к учету и рассмотрению микротравмирования [9] проблемы этих процедур на слуху всех специалистов по охране труда всех работодателей. Эти процедуры «взяты» из международной практики, в целом верной, но опирающейся на опыт отличных от российской систем охраны труда.

В нашей пост-советской системе «грань» между микротравмой и «легкой травмой» очень условна. Никакой «социальной» разницы нет между реально микротравмой (палец порезал, забинтовал и работаешь) и неучетной травмой (палец сильно порезал, пришлось сходить в медпункт, с работы отпустили, но завтра снова на работу). Они не являются производственными травмами, а несчастный случай не является несчастным случаем на производстве.

В общепринятой за рубежами нашей Родины и выдающейся за «международную» системе микротравмы и неучетные травмы занимают до 3-х дней отсутствия на работе, и только потом начинается учет так называемых occupational injuries (производственных травм).

Несмотря на эти различия и российские и зарубежные специалисты реально понимают разницу между риском воздействия вообще и профессиональным риском утраты трудоспособности из-за «мощного» контактного воздействия опасных и/или вредных производственных факторов на организм человека.

Это понимание реальности явилось основой различения рисков воздействия (risks) и всеми проводимой оценки риска воздействия Risk Assessment (оценка риска) 1 от оценки и анализа профессиональных рисков (occupational risks). Заметим, что в международной практике оценку профессиональных рисков никто не проводит и не понимает так сложно и затратно, как этого требуют наши далекие от идеала нормативные акты.

Более того, четкое и ясное понимание различия рисков возникновения «опасной ситуации» и риска завершения ее тем или иным конкретным событием, например, «производственной травмой» привело в свое время Вильяма Файна [17] к выделению этих рисков (пусть под другими терминами) и их раздельному учету в итоговом расчетном индексе риска и построению знаменитого метода оценки риска Файна-Кинни (см., работу Кинни [18] и детальное описание метода в [19]).

Подчеркнем, что практическая направленность этого метода на выбор подвергающихся затем обработке (устранению или уменьшению) рисков привела к итоговой формуле расчетного риска – домножению вышеописанного произведения возможности инициирования несчастного случая на возможность его развития к неблагоприятным значимым последствиям еще и на «значимость» данных последствий, выраженную вербально и оцениваемую количественно в денежном эквиваленте той или иной валюты.

R=Lb×Le×S, (2)

где R - расчетный риск, в баллах или денежном выражении; Lb - возможность инициирования опасной ситуации, в баллах; Le - возможность завершения опасной ситуации неблагоприятным последствием, в баллах; S - значимость неблагоприятного события, в денежном выражении или в баллах; × – знак математической операции умножения.

Опыт применения формулы (2) на практике связан с применением в сфере охраны труда метода Файна-Кинни, вообще говоря, созданного первоначально не для задач охраны труда, а исключительно для сферы боевого применения торпедных аппаратов на подводных лодках США.

Этот опыт наглядно показал правомерность идеологии метода Файна-Кинни – возможности использования баллов, неоднородных шкал порядка, мультипликативный характер расчетного риска (индекса риска). Наиболее эвристически ценным, по нашему мнению, является поэтапность рассмотрения динамики опасной ситуации и применение для ее описания перемножения нескольких параметров, а не только классических двух, как в более известной и безымянной формуле (1). Это открывает путь к применению перемножения множества параметров, более тонко и детально описывающих процесс инициирования и развития несчастного случая, чем классическая недетализированная «возможность» несчастного случая.

Заметим, что применение формул (1) или (2) ставит вопрос о шкалах самого риска и интерпретации получаемых в расчетах с баллами цифр. Именно поэтому основной объем работ Файна и Кинни посвящен описанию этих шкал. Кажется удивительным, что определенные каким-то способом (не описанном в публикациях) и выбранные значения баллов дают правдоподобную картину рассчитанных рисков. Более внимательный анализ показывает, что существенную роль играют не сами значения баллов для каждой градации, а их выполненная авторами метода взаимоувязка через самосогласованные вербальные описания каждой градации. Суть этой «взаимоувязки» состоит в том, что построенные нелинейные шкалы порядка «возможностей» и «значимостей» при любом перемножении их значений приводит к правдоподобной нелинейной шкале расчетного риска.

Важно помнить все накопленные опытом находки классических двух-компонентного (для финансов) и трех-компонентного метода (Файна–Кинни), которыми открываются возможности построения универсального и гибкого метода оценки риска.

Эти возможности реализованы ниже авторами настоящей статьи.

ОПАСНОСТИ КАК СПОСОБНОСТЬ ПРИЧИНЕНИЯ ВРЕДА

«Опасность» принята нами в качестве исходного понятия всей процедуры оценивания профессионального риска, поэтапно описанной, например, в ГОСТ 12.0.230.5-2018.

«Опасность» - это имманентно присущее тому или иному объекту или процессу реального мира «свойство», которое при воздействии на организм работающего человека обуславливает «способность» причинения ему вреда. Эта «способность» реализуется через возможность, т.е. «риск воздействия», и обуславливает поражение организма пострадавшего.

Конечно, термин опасность можно трактовать гораздо шире, как угрозу или еще нечто-то эфемерное и неопределенное, что и пытаются сделать нормативные документы, но для реального определения на практике уровня профессионального риска такая трактовка непродуктивна.

Дело в том, что причинение вреда жизни или здоровью человека всегда связано с контактным воздействием того или иного опасного или вредного фактора. С этой точки зрения «социальная опасность», например, ситуация создания возможности для применения насилия на рабочем месте, не может быть описана одновременно и равноэквивалентно с опасными факторами, например, физического характера. Такая ситуация представляет угрозу и несомненно является «опасностью» в широком гуманистическом смысле, но не определяет последствия реализации «риска воздействия».

Из оценки «профессионального риска» мы выделяем оценку «риска воздействия», обуславливающего профессиональный риск утраты трудоспособности из-за причиненного контактным воздействием опасности повреждения здоровья в острой и быстрой форме анатомической травмы или ингаляционного отравления (в ряде случаев и/или радиационного повреждения).

Оценки возможности развития профессиональной болезни мы полностью относим к сфере СОУТ.

Перечень опасностей связан с производственной средой, рабочим местом, находящимся там оборудованием, инструментом, материалами, готовыми изделиями и процессами их получения, ибо опасности являются неотъемлемой частью технологических и производственных процессов, широко используются для преобразования предмета труда с помощью орудий труда в продукт труда.

Поскольку опасности являются [опасными] свойствами объекта или процесса, то они неразрывно связаны с этими объектами или процессами. Такие объекты или процессы мы предлагаем называть «носителями опасности» и «источниками опасности». Последнее понятие нужно, поскольку практически все опасности на производстве локализованы в том или ином пространственном объеме, в «источнике». Например, пар, имеющий высокую температуру, губительно действующую на белковую структуру человеческого организма, находится в котле или паропроводе, т.е. локализован и отгорожен от воздушного пространства рабочего места паронепроницаемой конструкцией.

Естественно, что «опасности» могут делокализоваться, например, пар может вырваться из паропровода или котла. Такая делокализация всегда представляет из себя нештатный или аварийный случай, является опасной ситуацией (событием, происшествием) и может повлечь за собой несчастный случай.

На любом рабочем месте опасностей достаточно много (порядка ста единиц), и все они порождают цепочку «опасность – источник опасности – делокализация опасности из источника – распространение опасности в пространстве в зону местонахождения работающего – возможность воздействия опасности на организм работающего – случившееся воздействие – последствия этого воздействия».

Составление генерального перечня (или классификатора) опасностей завершает «нулевой этап» известной процедуры: «идентификация опасностей» – «оценка риска: определение степени риска и допустимости риска» – «разработка мер по управлению рисками». Заметим, что формально нам нужны три документа:

1) Перечень / Классификатор опасностей, влекущих риски воздействия, приводящие к профессиональным рискам.

2) Методика идентификации опасностей.

3) Реестр идентифицированных опасностей (с разбивкой по персоналу, рабочим местам, видам работ, подразделениям).

Составление перечня опасностей - трудоемкое, непростое и ответственное мероприятие. Правильно составленный перечень является залогом успешного завершения всех процедур. Идентификацию опасностей следует вести согласно ГОСТ 12.0.230.4-2018 [20] на каждом рабочем месте. Можно использовать и иные методические документы.

Идентифицировав опасности на каждом рабочем месте, приступают к оценке риска их воздействия на организм человека. Поскольку риск в охране труда – понятие субъективное, качественное, то его оценку мы вынуждены производить с помощью шкал порядка.

ШКАЛЫ ПОРЯДКА ДЛЯ ОЦЕНКИ РИСКА ВОЗДЕЙСТВИЯ

В самом общем виде шкала порядка представляет собой упорядоченную по какому признаку (в чем-то количественному, в чем-то качественному) последовательность (цепочку) градаций (т.е. некоторых рангов, позиций, мест). Образно можно представлять собой градации в виде отдельных неодинаковых «бусинок», нанизанных на некоторую ось. Расстояния между бусинками произвольны, ибо играет роль только лишь не нарушаемая ничем их последовательность.

Напомним, что измерение количественных величин с помощью метрической шкалы состоит в сравнении объекта измерения с мерой измерения (единицей измерения). Сколько единиц «уложится» в объект, столько единиц и будет приписано объекту. Поскольку «мера» может быть разной, то измеренные величины существуют неразрывно с мерой. Например, расстояние от дома до работы - 5 км. Изменение меры влечет за собой и изменение «величины» измеренного объекта. Такие изменения требуют «единства измерений» и самосогласованной системы измерений. Недаром все формулы в физике нужно, например, применять с учетом того, что все единицы измерены в так называемой «системе измерений СИ».

В отличие от этого измерение качественных величин с помощью шкал наименования и/или порядка состоит в сравнении объекта с описаниями «наименования» или градации. Таковы, например, знаменитые шкалы Бофорта или Рихтера.

Таким образом для построения шкалы порядка нужно дать вербальное (словесное) семантическое (содержательное) описание сущности тех или иных видимых (идентифицирующих, измеряемых) признаков того явления, события, случая, которое мы «привязываем» к той или иной градации.

Один из центральных вопросов построения шкалы порядка – какое количество градаций необходимо?

Самое меньшее количество градаций – 2. Дихотомия – да-нет, хорошо-плохо давно известна. Но она очень груба.

Не менее известно «правило светофора» - три градации, условно называемые «зеленой», «желтой» и «красной». Это наиболее часто реализуемый тип разбиения шкалы порядка на градации. Поскольку на практике такое разбиение идет путем выделения явно и ясно видимых «крайних» состояний, то разумно среднюю - желтую зону разбить еще на три зоны, выделив пограничные с «зеленой» и «красной» зоной состояния.

Вербальное описание этих шкал, например, можно выполнить следующими словами:

- недопустимо опасно (красная зона);

- допустимо опасно с повышенным уровнем опасностей (красно-желтая зона);

- допустимо опасно (желтая зона);

- допустимо опасно с пониженным уровнем опасностей (желто зеленая зона);

- практически безопасно (зеленая зона).

Разбиение шкалы порядка на пять градаций является, с нашей точки зрения, наиболее оптимальным вариантом.

Для усиления ясности выбора и наглядности полученных результатов градации (ранги, ячейки матриц) принято раскрашивать в общепонятные всем по смыслу цвета.

В таблице 1 показана общая шкала порядка степеней риска с учетом часто используемой раскраски.

Таблица 1

Общая шкала порядка степеней риска

Степень безопасности

 Баллы 

Описание

Недопустимо опасно

81

Очень высокая возможность воздействия опасности на организм работающего человека

Допустимо опасно с повышенным уровнем опасностей

27

Опасности существуют, их множество, и приходится постоянно поддерживать регламент работы, применять все средства защиты, включая концентрацию внимания, для исключения или снижения возможности воздействия опасностей на организм работающего

Допустимо опасно

9

Опасности существуют и адекватно воспринимаются работающими, но в целом уровень риска типичен, привычен, и привычными приемами работы и иными средствами защиты риск воздействия опасностей удается избежать или снизить

Допустимо опасно с пониженным уровнем опасностей

3

Условия труда воспринимаются как скорее безопасные, чем опасные, а неблагоприятные события происходят очень редко и не являются существенными

Практически безопасно

1

Практическая невозможность значимого воздействия опасности на организм работающего человека

Подчеркнем, что основное в определении градаций шкалы порядка для ранжирования – не столько численное значение баллов, сколько детальное вербальное описание той реальной ситуации, которой ставится в соответствие та или иная шкала ранжирования.

Однако без использования баллов (пусть условных) невозможно формализовать и получить комплексную оценку условий труда и рабочего места. При этом раскраска градаций служит лишь для наглядности и психологического усиления смысла и различия градаций.

Объективности ради следует отметить неплохое детальное разбиение на 7 градаций, применяемое в социологии и психологии. Такое разбиение состоит из следующих градаций, приводимых нами в рамкам терминологии охраны труда и безопасности производства:

- неприемлемо и недопустимо опасно;

- опасно;

- скорее опасно, чем безопасно;

- сложно сказать, ибо элементы опасности и безопасности чередуются;

- скорее безопасно, чем опасно;

- безопасно;

- практически абсолютно безопасно.

Хорошо видно, оно детально передается изменения степени опасности, но к сожалению на практике очень сложно однозначно выделить различия между градациями и идентифицировать то или иное явление, как принадлежащее конкретной градации.

Использование иных вариантов количества градаций связано, как правило, лишь с привычной системой счисления, например, 10 градаций применяют потому, что число 10 – знаковое число для десятичной системы, 12 градаций (например, шкалы Бофорта), поскольку 12 это знаковое число для двенадцатеричной британской системы.

К сожалению, понятие «опасно» достаточно сложно вычленить и отранжировать на практике, а потому для характеристики значимости риска чаще используют не понятие «опасно», а конкретные последствия реализации риска воздействия опасности на организм человека.

РАНЖИРОВАНИЕ ПОСЛЕДСТВИЙ ВОЗДЕЙСТВИЯ ОПАСНОСТИ НА ОРГАНИЗМ РАБОТАЮЩЕГО

Множество медицинских последствий воздействия опасностей на организм работающего еще более разнообразно, чем множество опасностей, ибо последствия являются результатом воздействия опасностей в не менее огромном множестве случайных обстоятельств. Помимо медицинских последствий существуют и социальные последствия.

Тем не менее, несложно выделить такой класс высокой, если не высочайшей, значимости как смерть пострадавшего в процессе труда. Это и невосполнимая потеря жизни для пострадавшего, это и невосполнимая социальная потеря для общества (для родных и близких, друзей и знакомых и т.п.).

Все остальные последствия также можно разделить на классы. Это деление идет по-разному с позиций медицинских последствий, с позиции социальных последствий и, как это не странно, - с позиций прогнозирования и предотвращения несчастных случаев.

С медицинской точки зрения можно построить следующую относительно естественную последовательность, основанную на «серьезности» полученного повреждения здоровья: микротравмы, травмы различной степени тяжести от легких, быстро заживающих, то стойких увечий, навсегда ограничивающих нормальную жизнедеятельность человека, например, потери руки или ноги. Добавляя к ней смертельную (летальную) травму, получим полный ряд повреждений организма пострадавшего.

С позиции прогнозирования событий к вышеописанной шкале медицинских последствий воздействия опасностей на организм человека следует добавить знаменитое «near miss», которое никак не найдет своего адекватного русскоязычного имени, звучит как «ниамисс», ничем не хуже «менеджмента» или «статрапа» и означает нахождение участника события «на волосок от травмирования».

Медицинская шкала, если бы она была в деталях когда-либо построена, была бы едина во всем мире, но социальные условия ее создания для оценки вреда, причиненного здоровью человека, различны в различных странах, что и ведет к различиям «социальной шкалы» последствий, признанных в разных странах, в том числе для целей охраны труда.

В нашей стране сложилось четкое доминирование понятий – «учетная»/«неучетная травма», связанных с понятием утраты трудоспособности, что ведет к последовательности: неучетная травма, учетная травма, где учетные травмы делятся на легкие, тяжелые, смертельные. Заметим, что с 1 марта 2022 года в классе традиционно для России «неучетных» травм появились требующие учета «микротравмы/микроповреждения».

И хотя такая последовательность не является наилучшей, полной и правильной, именно она закреплена в нормативной документации и, приходится пользоваться, что дает возможность оперировать с собранной статистикой несчастных случаев и говорить с контролирующими органами на одном языке.

Тогда последовательность социальных последствий несчастного случая (травмирование) или опасного происшествия/события (микротравмирование) с отдельным работником можно представить в виде следующей шкалы порядка: ниамисс, микротравмирование, травмирование с получением легкой травмы, травмирование с получением тяжелой травмы, травмирование с получением смертельной травмы, т.е. получение повреждений, несовместимых с жизнью.

Помимо травмирования отдельного человека мы наблюдаем на практике групповые несчастные случаи, для которых можно построить самостоятельную шкалу порядка. В настоящее время привычнее добавить групповые несчастные случаи к вышеприведенной социальной шкале, что привычнее и делается.

МАТРИЧНЫЙ МЕТОД – ПРОСТО И НАГЛЯДНО

Необходимость в оценке риска появилась давно, еще в докомпьютерную эру, и наиболее простым методом отображения информации о «сочетании» двух качественных переменных – «возможности» и «значимости» был матричный метод. Двумя шкалами порядка некоторая область превращалась в матрицу пересечений градаций. Каждая ячейка этой матрицы показывала одно сочетание возможности и значимости, которое характеризовало риск, но не его величину (магнитуду, степень, уровень). Риск с одной стороны был найден, поскольку соответствовал двум градациям двух шкал порядка, но о его значимости говорить было невозможно, ибо это сочетание само по себе не отражало «степень риска».

Переход к риску от его компонент в матричном методе потребовал дополнительных предположений и утверждений. Проше всего это было сделать в матрице – 3×3, которая порождает 9 ячеек. Через эти ячейки можно было провести три диагонали, а, добавляя крайние угловые ячейки, примыкающие к диагоналям, прийти к 5-ти градациям шкалы ранжирования риска. После этого остается лишь описать эти градации и инструмент «оценки» (назвать это измерением никто не решается, хотя формально и фактически это метод измерения) риска готов.

Подчеркнем, что «магнитуда» (величина – по-латински) или «уровень» или «степень» риска никак не связана количественно с градациями «возможности» и «значимости». Все три шкалы говорят «о своем», и только эксперт связывает их своим мнением и волей выбора.

Таким образом, становится абсолютно ясно, что сам по себе риск не определяется, а определяется его место (ранг) на шкале порядка, состоящей из нескольких градаций.

Еще одним недостатком метода в вышеописанном варианте, а другие так и не были придуманы, была полная симметричность и равнозначность влияния «возможности» и «значимости», хотя всем хорошо известны их различия на практике. Многовозможные, но низко значимые, например, микротравмы более приемлемы с позиций охраны труда, чем более редкие, но одновременно и более значимые, смертельные травмы. Устранить такой «перекос» реальности в простом матричном методе не удается.

Матричный метод прост, нагляден, но на практике громоздок и совершенно явно выглядит наполненным субъективизмом в выборе градаций, их идентификации, перехода к «магнитуде» риска и т.п. И, тем не менее, он давал унифицированный внешне, субъективный внутренне (все зависит от мнения «эксперта») метод. Отказ от этого метода означал отказ от оценки риска вообще.

Конечно, это был одновременно финансово затратный и организационно трудоемкий метод, поскольку был предназначен для определения риска одной идентифицированной опасности. Приведем пример. При среднем количестве идентифицированных опасностей в 100 единиц и наличии на предприятии 10 000 рабочих мест, все из которых подлежат оценке риска, мы должны иметь 1 миллион матриц оценки! Вот почему идейные основы метода были разработаны, но в массовом количестве им не пользовались – затратно, и найдя наиболее видимые «с ходу» опасности, минуя оценку риска, переходили к выработке мероприятий по безусловной защите от данной опасности.

Появление первых компьютеров упрощало работу с «цифрами», но первое время не позволяло легко работать с графическим отображением матриц. Это стимулировало идеи перехода на матрично-балльный метод, когда каждой градации каждой шкале приписывалось то или иное число – условный балл. С ним уже можно было легко работать в компьютере.

МАТРИЧНО-БАЛЛЬНЫЙ МЕТОД – ПРОСТО И СКРЫТНО

Градации травмирования, повторим, не равнозначны. Одно их описание словами, вербальная характеристика, соответствует реальности и все это понимают.

Присвоение балла градации неоднозначная и целиком субъективная процедура. При этом снижается и «простота восприятия» градации. Например, слова отлично, хорошо, посредственно, удовлетворительно понятны как критерии оценки знаний, а цифры 5,4,3 – во многом затушевывают реальное качество знаний и критерий их оценки.

Простейшим, но далеко не самым лучшим способом присвоения баллов является применение равномерной шкалы – 1,2,3,4,5 ….

Дело в том, в шкалах порядка равномерная шкала градаций скорее «нонсенс», чем «типаж». Это хорошо видно на примере градаций травматизма. Смертельная травма, по разумению людей, вообще, не имеет аналогов и сопоставимости со всеми другими травмами.

Многократные попытки определить «Сколько стоит смерть?» и тем самым ранжировать ее по «стоимости» с другими – «несмертельными» травмами, которые оценивают в потере дней трудоспособности, в расходах на реабилитацию пострадавших и т.п. показали лишь бесперспективность такого подхода.

Это означает, что баллы, условно приписываемые значимости смертельного травматизма, должны быть очень высокими и, естественно, во много раз больше, чем баллы остальных травм. Насколько? – думается, что абсолютно точный и устраивающий всех ответ принципиально неизвестен.

Например, в методе Файна [17] (см, детальное описание в русскоязычной статье [19]) для значимости последствий использовалось неравномерная шкала порядка с градациями: 1, 5, 15, 25, 50, 100, где значения 1 и 100 были выбраны для границ шкалы по аналогии со шкалой Цельсия: от 0 до 100. При этом значение «0» было заменено на «1» для удобства расчетов.

В работе Кинни [18] (см., также [19]) используется другой ряд: 1, 3, 7, 15, 40, 100. Наиболее часто (для охраны труда) используют ряд из пяти градаций: 1, 3, 7, 15, 40.

Нами в работе [21] предложено выбирать баллы для упорядоченной последовательности градаций, исходя из геометрической прогрессии

Bn= xn-1, (3)

где Bn – условный балл n-ной градации, x – основание прогрессии, причем х > 1, n – порядковый номер градации (при движении от «безопасно» к «опасно»).

Если х=2, то получим для пяти градаций следующий ряд: 1, 2, 4, 8, 16. Практика показывает, что такой «разбег» чисел не совсем отвечает нашим представлениям.

Поэтому в качестве конкретного значения х было взято число 3, дающее более близкую к реальности шкалу ранжирования: 1, 3, 9, 27, 81. Заметим, что х=3 дает очень похожую на шкалы Файна и Кинни шкалу.

Если же взять х=4, то получим еще более крутую по нарастанию значения балла шкалу: 1, 4, 16, 64, 256.

Обратим внимание, что разделение градаций играет очень существенную роль при «расчете» риска, поскольку большие интервалы между градациями не позволяют получать «промежуточные» и трудно интерпретируемые значения расчетного риска. Заметим, что в методе Файна-Кинни его авторы специально «вручную» настраивали шкалу рисков.

Эта шкала была названа ими суммарным расчетным риском (в ряде работ индексом риска), ибо это не совсем классический риск, а некий индикатор важности тех или иных неблагоприятных событий, которые могут произойти в конкретных условиях. Его расчет – следствие перемножения конкретных числовых значений (в баллах) тяжести последствий, характера воздействия и вероятности/возможности воздействия.

Создатели метода советовали проверять значения всех их «баллов» на конкретных примерах и следить за соответствием полученного результата реальности.

Расчетный риск или индекс риска имеет в методе Файна-Кинни пять категорий: незначительный риск; небольшой риск; умеренный риск; высокий риск; чрезмерно высокий риск, разделенные «значениями»: 21, 71, 201, 401. Чтобы увидеть рост показателей, отнормируем эти значения на 21. Тогда имеем: 1; 3,38; 9,57; 19,1.

Заметим, что значения 21, 71, 201, 401 получаются из-за перемножения трех чисел. Если число параметров описания ситуации будет нарастать, то и значения расчетного риска будут меняться. Для того, чтобы этого не происходило, в работе [21] мы предложили вести расчет суммарного риска так, чтобы совокупный показатель любого количества показателей  был равен средневзвешенному среднему геометрическому по всей рассматриваемой совокупности оцениваемых N характерных факторов :

, (4)

где показатель корня W равен сумме всех N весов значимости wi каждого фактора, qi -i -ый единичный показатель, который сам может быть обобщенной функцией какой-либо совокупности, i - номер конкретного фактора, значок П означает произведение.

Для простоты все веса взвешивания w отдельных факторов i в ходе оценки риска можно принять равными единице. Затем в ходе монографического анализа отдельные веса взвешивания могут быть скорректированы для усиления адекватности описания вклада тех или иных факторов в условия труда.

При вычислении обобщенных показателей по формуле (4) итоговое значение рассчитываемого риска может оказаться отличным от выбранных для отдельной шкалы целочисленных баллов, характеризующих градацию.

Для того чтобы траектория расчета в любом случае приводила к одной из градаций шкалы расчетного риска мы разделим шкалу порядка на условные полосы, связанные с градациями, построение которых произведем аналогично выбору границ для октавных полос, использующего среднегеометрические значения.

Тогда границы между градациями устанавливаются в условных точках шкалы порядка, равных

gi=(Bi × Bi+1) (i = 1, 2, 3, 4) (5).

Для основного выбранного нами ряда баллов - 1, 3, 9, 27, 81 получим следующие 4 границы между 5 градациями: 1,73; 5,19; 15,59; 46,77.

Хорошо видно, что соотношение между границами равно 3 и равно основанию прогрессии выбранной нами шкалы рангов.

Интересно отметить, что для классической двумерной матрицы результирующие значения баллов, характеризующих диагональные ячейки матрицы, имеет для выбранного нами х=3 вид: 1, 9, 81, 729, 6561, что очень хорошо для четкого различения существенно различных градаций на практике. Это в свою очередь повышает устойчивость оценки, а значит, ее достоверность различными субъектами оценивания.

ВЛИЯНИЕ НЕОДНОРОДНОСТИ ШКАЛ НА МАГНИТУДУ РИСКА

Рассмотрим 5 градаций шкалы, образованных в арифметической прогрессии, когда к предыдущему члену прогрессии сложением добавляют одно и то же число

Bn+1=Bn+s, (6)

где Bn – значение баллов, соответствующих n-ной градации, n= 1,2,3,4,5, B1 = 1, s = 1. Тогда имеем ряд 1, 2, 3, 4, 5.

Построим матрицу, начиная с наиболее часто встречающихся и наиболее сильно значимых случаев, имеющих наибольшие баллы. При этом ряд значений градаций будет выглядеть так: 5, 4, 3, 2, 1.

Такой ряд, примененный к матрице 5х5, приводит к следующим значениям ячеек матрицы

Тяжесть по вертикали/возможность по горизонтали

5

4

3

2

1

5

25

20

15

10

5

4

20

16

12

8

4

3

15

12

9

6

3

2

10

8

6

4

2

1

5

4

3

2

1

Значения 25 ячеек образуют линейку степеней риска из 14 чисел: 25, 20, 16, 15, 12, 10, 9, 8, 6, 5, 4, 3, 2, 1. Выделить четкие и явные градации в такой матрице очень сложно, а сами значения недостаточно информативны, требуют серьезной интерпретации.

Возьмем теперь пять градаций, построенных с помощью геометрической прогрессии (1) с основанием прогрессии x=2. Тогда имеем ряд значений для градаций возможности или значимости: 16, 8, 4, 2, 1. Построим матрицу риска.

Тяжесть по вертикали/возможность по горизонтали

16

8

4

2

1

16

256

128

64

32

16

8

128

64

32

16

8

4

64

32

16

8

4

2

32

16

8

4

2

1

16

8

4

2

1

 

В такой матрице появились четкие диагонали, связанные с числами 1, 2, 4, 8, 16, 32, 64, 128 и 256. Всего 9 диагоналей, которые несложно разбить на 5 градаций степени риска, например, так 256 и 128, 64 и 32, 16 и 8, 4 и 2, 1. Можно реализовать и иной выбор: 256 , 128 и 64, 32 и 16, 8 и 4, 2 и 1. Нам представляется, что наилучшим выбором будет третий вариант: 256, 128 и 64, 32 и 16 и 8, 4 и 2, 1. Выбор разбиения определяется содержанием вербального определения содержания каждой ячейки. В первом варианте более детально смотрятся малые по значению риски, во втором – высокие, в третьем – средние.

Вместе с тем относительно хорошо видна разница только первых двух градаций высоких значений, а начиная с магнитуды 16, такая разница градаций недостаточна для четкого психологического и однозначного расчетного различия разных рисков.

Возьмем теперь пять градаций с основанием прогрессии x=3. Тогда имеем ряд значений для градаций возможности или значимости: 81, 27, 9, 3, 1. Построим матрицу риска.

Тяжесть по вертикали/возможность по горизонтали

81

27

9

3

1

81

6561

2187

729

243

81

27

2178

729

243

81

27

9

729

243

81

27

9

3

243

81

27

9

3

1

81

27

9

3

1

В такой матрице сохранились четкие диагонали, но они теперь связаны с числами 6561, 2187, 729, 242, 81, 27, 9, 3, 1. Здесь также можно выделить 9 диагоналей, которые несложно разбить на 5 градаций степени риска: 6561 и 2187, 729 и 242, 81 и 27, 9 и 3, 1, либо 6561, 2187 и 729, 242 и 81, 27 и 9, 3 и 1 либо 6561, 2187 и 729, 242 и 81 и 27, 9 и 3, 1. Хорошо видна разница всех градаций, которая достаточна для четкого психологического и однозначного расчетного различия разных рисков.

Если взять х=4, то образуется линейка значений: 256, 64, 16, 4, 1 и тенденции увеличения «разрывов» усилится. Матрица рисков приобретет вид:

Тяжесть по вертикали/возможность по горизонтали

256

64

16

4

1

256

65 536

16 384

4096

1024

256

64

16 384

4096

1024

256

64

16

4096

1024

256

64

16

4

1024

256

64

16

4

1

256

64

16

4

1

В такой матрице также сохранились четкие диагонали, но они теперь связаны с числами 65536, 16384, 4996, 1024, 256, 64, 16, 4, 1. Здесь также можно выделить 9 диагоналей, которые несложно разбить на 5 градаций степени риска: 5 градаций степени риска: 65536 и 16384, 4996 и 1024, 256 и 64, 16 и 4, 1, либо 65536, 16384 и 4996, 1024 и 256, 64 и 16, 4 и 1, либо 65536, 16384 и 4996, 1024 и 256 и 64, 16 и 4, 1. Хорошо видна разница всех градаций, которая достаточна для четкого психологического и однозначного расчетного различия разных рисков.

Конечно, можно строить магнитуду риска и из меньшего (например, три), что огрубляет реально существующий спектр рисков, и большего (например, 7 или 9) числа градаций, при котором резко возрастает сложность содержательного «различия» градации от градации.

Все вышеизложенное лишний раз показывает, что условность присвоения баллов влияет только на психологическую оценку величины этих баллов, как величины риска, и только. Это дает основания принимать в работу любую систему балльных оценок, критерием правомерности и работоспособности которой является только получение итогового разумного и реалистичного результата, позволяющего вырабатывать содержание и приоритетность тех или иных мероприятий.

ПРЕИМУЩЕСТВА РАСЧЕТНО-БАЛЛЬНОГО МЕТОДА

Современные компьютеры позволяют легко реализовать матричный метод, но гораздо проще и достовернее использовать расчетно-балльные методы типа Файни-Кинни, лишь исходно и интуитивно опирающиеся на матрично-балльные методы.

Одним из недостатков использования формулы (1) - наиболее простой формулой расчета риска - перемножения баллов возможности на баллы значимости (тяжести) является равноправность возможности и значимости. Но в реальности это не так.

Реальный процесс развития несчастного случая проходит несколько этапов: наличие опасности (способности причинить вред) – создание опасной ситуации, в которой возможно контактное воздействие опасности на организм человека – контактное воздействие на организм человека – повреждение здоровья различной тяжести.

Однако достоверная оценка риска происходит в прямо противоположном «направлении». Сначала эксперт фиксирует тяжесть (значимость) несчастного случая, вызванного контактным воздействием идентифицированной опасности, а затем определяет возможность (грубую априорную вероятность) этого события.

Более того, многочисленные опросы практических специалистов свидетельствуют, что «значимости»/«тяжести» несчастных случаев существенно превалируют над «возможностями» в менталитете людей. Яркий, четкий, материальный и психологически нежелательный факт - «случай» намного «страшнее» и важнее, чем какая-то эфемерная неопределенная возможность его наступления. Все привыкли работать среди опасностей, все знают их наличие, все боятся их воздействия, но не «зацикливаются» на «возможности» такого воздействия. Господствует мнение: «волков бояться, в лес не ходить», а также стиль жизни: «будет день, будет пища».

Такой «равноправности» способствует симметричность матрицы, но главное, коммутативность процедуры умножения. Тогда можно получить один и тот же численный результат (расчетный риск, выраженный в баллах), перемножая либо большое число баллов высокой возможности на маленькое число баллов несущественной значимости, либо маленькое число баллов невысокой вероятности на большее число баллов существенной значимости. Эти ситуации принципиально различны, но дают одно и то же число баллов – одно и то же значение расчетного риска!

Для придания большего влияния (большей величины) какому-то показателю, нужно взять его с некоторым «весом». Тогда уравнение (1) можно переписать в виде

R=L × Sw, (7)

где R - риск; L - возможность; S – значимость, w – показатель веса, х – знак математической операции умножения.

Недостатком формулы (7) является то, что значение R в разных расчетах будет сильно меняться из-за влияния веса. Для нормировки и лимитизации R возьмем корень степени (w + 1) из значения формулы (7).

R* =(w+1)  (L × Sw), (8)

Формулу (8) можно рассматривать как частный случай формулы (2), особенно для тех случаев, когда рассматриваются только два основных показателя риска – тяжесть S и возможность L.

Применение вышеприведенных формул и таблицы 1 позволяет быстро и просто осуществлять оценку профессионального риска воздействия той или иной идентифицированной опасности.

МЕТОД КОМПЛЕКСНОЙ ОЦЕНКИ УСЛОВИЙ ТРУДА (КОУТ)

Выше мы показали «ядро» классических методов и их возможных модернизаций, в том числе впервые в мире предложенных нами, для оценки риска отдельной идентифицированной опасности.

На этом, как не странно, российскими нормативными документами «ставится точка», хотя на практике для выработки мероприятий по защите от опасностей и рисков всех интересует не отдельная опасность, а их совокупность, действующая на рабочем месте, т.е. условия труда.

Для оценки степени безопасности на рабочем месте в работе [21] предложено использовать множество показателей, число которых ограничено только глубиной и детальностью оценки. Исследователь сам компонует нужное ему число показателей, производит их вербальное описание в целом и каждой градации отдельно, выбирает их число (мы рекомендуем 5 градаций), присваивает им значения баллов (приведены выше; мы рекомендуем основание прогрессии равное 3), производит выбор значений веса (мы рекомендуем принимать значение веса равное значению выбранной градации фактора), производит вычисления, которые соответствуют той или иной градации суммарного расчетного индикатора (индекса). Для расчета используется формула (2).

При этом для построения системы показателей используется идея «дерева», когда каждый показатель может входить в совокупность показателей «вышестояшего» обобщенного показателя, являясь одновременно обобщенным показателем для «нижестоящих» показателей.

Индекс степени безопасности условий труда формируется по формуле (2) из девяти показателей – трех для нормальных условий труда, трех для возникновения нештатных ситуаций, трех для аварийных ситуаций.

Этими «тройками» являются обобщенные риски воздействия опасностей: технического характера – классических опасных и вредных производственных факторов производственной среды и трудового процесса; организационного характера, т.е. порожденных ситуационным риском неверной организации работ; личностного характера, порожденных ситуационным риском так называемого «человеческого фактора».

Каждый из этих рисков строится через комплекс показателей, объемность которых не позволяет их привести в настоящей работе. Этот комплекс является одновременно и универсальным, и адаптивным к конкретным условиям труда и обстоятельствам конкретного рабочего места.

ЗАКЛЮЧЕНИЕ Таким образом, нами логически обоснован и построен простой и низкозатратный метод комплексной оценки условий труда, названный нами по первым буквам КОУТ.

Мы надеемся, что его применение поможет на практике любому работодателю выполнить требуемую от него законом оценку профессиональных рисков, выработать адекватные эффективные меры по защите жизни, здоровья и трудоспособности трудящихся от опасностей и рисков на работе.

Список литературы

  1. Федеральный закон от 30 декабря 2001 г. № 197-ФЗ «Трудовой кодекс РФ».

  2. Федеральный закон от 31 июля 2020 г. № 247-ФЗ «Об обязательных требованиях в Российской Федерации».

  3. Приказ Минтруда России от 29 октября 2021 № 776н «Об утверждении Примерного положения о системе управления охраной труда»

  4. Приказ Минтруда России от 29 октября 2021 г. № 774н «Об утверждении общих требований к организации безопасного рабочего места».

  5. Приказ Минтруда России от 31 января 2022 г. № 36 «Об утверждении Рекомендаций по классификации, обнаружению, распознаванию и описанию опасностей».

  6. Приказ Минтруда России от 28 декабря 2021 г. № 926 «Об утверждении Рекомендаций по выбору методов оценки уровней профессиональных рисков и по снижению уровней таких рисков»

  7. Приказ Минтруда России от 29 октября 2021 № 771н «Об утверждении Примерного перечня ежегодно реализуемых работодателем мероприятий по улучшению условий и охраны труда, ликвидации или снижению уровней профессиональных рисков либо недопущению повышения их уровней»

  8. Приказ Минтруда России от 22 сентября 2021 г. № 656н «Об утверждении примерного перечня мероприятий по предотвращению случаев повреждения здоровья работников (при производстве работ (оказании услуг) на территории, находящейся под контролем другого работодателя (иного лица)»

  9. Приказ Минтруда России от 15 сентября 2021 № 632 «Об утверждении рекомендаций по учету микроповреждений (микротравм) работников»

  10. ГОСТ 12.0.002-2015. Система стандартов безопасности труда. Термины и определения.

  11. ISO 45001:2018 Occupational health and safety management systems – Requirements with guidance for use.

  12. ГОСТ 12.0.230.5-2018 Система стандартов безопасности труда. Системы управления охраной труда. Методы оценки риска для обеспечения безопасности выполнения работ.

  13. Найт Ф.Х. Риск, неопределенность и прибыль. М.: Дело. 2003. 360 c.

  14. ГОСТ Р 12.0.010-2009 «ССБТ. СУОТ. Определение опасностей и оценка рисков».

  15. Муртонен Мерви. Оценка рисков на рабочем месте – практическое пособие. / Серия Охрана труда: Международный опыт. Вып. 1. Опыт Финляндии – Субрегиональное Бюро Международной организации труда для стран Восточной Европы и Центральной Азии – 2007. – 67 с.

  16. Новожилов Е.О. Принцип построения матриц рисков // Надежность. – 2015. – № 3. – С. 73–86. https://doi.org/10.21683/1729-2646-2015-0-3-73-86

  17. Fine, William T. Mathematical Evaluations for Controlling Hazards. – Nava1 Ordnance Laboratory. White Oak, Maryland, USA. Hd., NOL, March 1971. (NOLTR 71-31, publication UNCLASSIFIED.)

  18. Кinney, G.F. & Wiruth, A.D. Practical risk analysis for safety management. - Naval Weapons Center, California, USА. June 1976.

  19. Файнбург Г.З. Методы оценки профессионального риска и их практическое применение (от метода Файна - Кинни до наших дней) // Безопасность и охрана труда. 2020. №2. С. 28-40.

  20. ГОСТ 12.0.230.4-2018 Система стандартов безопасности труда. Системы управления охраной труда. Методы идентификации опасностей на различных этапах выполнения работ

  21. Файнбург Г.З., Лискова М.Ю., Розенфельд Е.А. Методика оценки уровня безопасности рабочих мест горнодобывающих предприятий // Изв. ТГУ. Науки о земле, 2021, вып. 4, С. 193-203. DOI 10.46689/2218-5194-2021-4-1-193-203